August 26th, 2012

Манифесты футуристов уступают в сложности поэзии скальдов (Часть 1)

Отечественной государственности исполняется 1150 лет. А родители кто? Скандинавы? Женские отчества на Руси — тоже скандинавские причуды? Почему новгородцы позвали северных соседей править на Руси? Расскажет доктор филологических наук Федор Успенский в программе «Уроки истории» на радио «Вести ФМ».

Светенко: У микрофона Андрей Светенко. Здравствуйте. Приглашаю на урок истории очередной. В этом году отмечается очень важная годовщина — 1150-летия начала отечественной государственности. Связано это с исторической датой: 862 год, призвание варяжских князей, Рюрика на Русь. И мы сегодня поговорим о том, какое это культурное воздействие, влияние оказало на исторические судьбы родины. У нас в гостях доктор филологических наук, заместитель директора Института славяноведения Академии наук, а также ведущий научный сотрудник Университета «Высшей школы экономики» Федор Успенский. Федор Борисович, приветствую вас.

спенский: Здравствуйте.

Светенко: Я уже, как мне показалось, успел в одной фразе сформулировать и ту цель разговора, которую мы себе поставили. Поясню ее более простыми словами. Ну что, был такой грех, призвали кого-то со стороны чуждых, ненужных, да? Но они же никакого воздействия и влияния не оказали на историю, на культуру, они быстро растворились, ассимилировались. И на самом деле так ли это? Вот для начала дровишек подброшу. Русь, русы — это, значит, на древнескандинавском языке — это гребцы, гребец, да? Успенский: Да, Róþskarlar, да.

Светенко: Да. И вот в первых письменных источниках, известных нам уже, так сказать, из-за рубежа, договоры с Византией, там договоры с Русью, то есть договоры император Византии подписывают вот с теми, кого они называют «гребцами, на ладьях приплывшими», то есть с этими варягами, которые, в общем-то приплывали далеко не с мирными, так сказать, намерениями, по первости.

Успенский: Да, мы от рода русского — Карлы, Ингельд и так далее. И дальше следует перечень скандинавских имен. Вы действительно уже в своем вопросе и в своих замечаниях сформулировали очень многое. И тут надо сказать, что есть простые ответы, а есть ответ очень сложные, которые займут, может быть, не одну передачу. Простые ответы: были ли скандинавы? Судя по всему, все-таки да, были, на Руси они были и сыграли значительную роль. Теперь надо разбираться, что это за роль. Понимаете, то, о чем вы сказали и очень тонко и правильно подметили, что вроде бы вот эти скандинавы очень быстро растворились в славянской среде и перестали, строго говоря, быть скандинавами, это верно. Но это, я бы сказал, характеристическая, типичная черта вообще скандинавов той поры, это то, ради чего все и осуществлялось, то, благодаря чему они так многого достигли.

Светенко: Приплывут в Нормандию — становятся французами, да?

Успенский: Чрезвычайная мобильность и чрезвычайная адаптивность, гиперадаптивность, никаких страданий о потере национальной идентичности у них не было, они легко с ней довольно расставались и врастали в те страты, в ту среду, в которой они оказывались.

Светенко: Вот психология человека тысячелетней давности, наверное, все-таки другая была.

Успенский: Несомненно.

Светенко: Потому что я могу ответственно говорить за людей 18 века, там по части общественного сознания, психологии, понятия там где приворовать, где соврать, а где чего — абсолютно все то же самое. А вот тысячу лет назад, интересно, наверное, все-таки было как-то по-другому.

Успенский: Несомненно, эта психология была другой. И в то же время, безусловно, есть такие точки или кочки, даже можно сказать, по которым исследователь может двигаться. Потому что все-таки люди есть люди, и люди в чем-то изменились мало. В чем-то изменились невероятно. И собственно задача исследователя — понимать, с чем он имеет дело: где он имеет дело с какими-то вещами, близкими к современности, а где он имеет дело с совершенно другим миром. И мир скандинавов эпохи викингов — это, конечно, все-таки преимущественно другой мир совсем. Мир, основывающийся на других культурных категориях, на других культурных ценностях.

Манифесты футуристов уступают в сложности поэзии скальдов (Часть 2)

Отечественной государственности исполняется 1150 лет. А родители кто? Скандинавы? Женские отчества на Руси — тоже скандинавские причуды? Почему новгородцы позвали северных соседей править на Руси? Расскажет доктор филологических наук Федор Успенский в программе «Уроки истории» на радио «Вести ФМ».

Светенко: У микрофона Андрей Светенко. Здравствуйте. Приглашаю на урок истории очередной. В этом году отмечается очень важная годовщина — 1150-летия начала отечественной государственности. Связано это с исторической датой: 862 год, призвание варяжских князей, Рюрика на Русь. И мы сегодня поговорим о том, какое это культурное воздействие, влияние оказало на исторические судьбы родины. У нас в гостях доктор филологических наук, заместитель директора Института славяноведения Академии наук, а также ведущий научный сотрудник Университета «Высшей школы экономики» Федор Успенский. Федор Борисович, приветствую вас.

спенский: Здравствуйте.

Светенко: Я уже, как мне показалось, успел в одной фразе сформулировать и ту цель разговора, которую мы себе поставили. Поясню ее более простыми словами. Ну что, был такой грех, призвали кого-то со стороны чуждых, ненужных, да? Но они же никакого воздействия и влияния не оказали на историю, на культуру, они быстро растворились, ассимилировались. И на самом деле так ли это? Вот для начала дровишек подброшу. Русь, русы — это, значит, на древнескандинавском языке — это гребцы, гребец, да? Успенский: Да, Róþskarlar, да.

Светенко: Да. И вот в первых письменных источниках, известных нам уже, так сказать, из-за рубежа, договоры с Византией, там договоры с Русью, то есть договоры император Византии подписывают вот с теми, кого они называют «гребцами, на ладьях приплывшими», то есть с этими варягами, которые, в общем-то приплывали далеко не с мирными, так сказать, намерениями, по первости.

Успенский: Да, мы от рода русского — Карлы, Ингельд и так далее. И дальше следует перечень скандинавских имен. Вы действительно уже в своем вопросе и в своих замечаниях сформулировали очень многое. И тут надо сказать, что есть простые ответы, а есть ответ очень сложные, которые займут, может быть, не одну передачу. Простые ответы: были ли скандинавы? Судя по всему, все-таки да, были, на Руси они были и сыграли значительную роль. Теперь надо разбираться, что это за роль. Понимаете, то, о чем вы сказали и очень тонко и правильно подметили, что вроде бы вот эти скандинавы очень быстро растворились в славянской среде и перестали, строго говоря, быть скандинавами, это верно. Но это, я бы сказал, характеристическая, типичная черта вообще скандинавов той поры, это то, ради чего все и осуществлялось, то, благодаря чему они так многого достигли.

Светенко: Приплывут в Нормандию — становятся французами, да?

Успенский: Чрезвычайная мобильность и чрезвычайная адаптивность, гиперадаптивность, никаких страданий о потере национальной идентичности у них не было, они легко с ней довольно расставались и врастали в те страты, в ту среду, в которой они оказывались.

Светенко: Вот психология человека тысячелетней давности, наверное, все-таки другая была.

Успенский: Несомненно.

Светенко: Потому что я могу ответственно говорить за людей 18 века, там по части общественного сознания, психологии, понятия там где приворовать, где соврать, а где чего — абсолютно все то же самое. А вот тысячу лет назад, интересно, наверное, все-таки было как-то по-другому.

Успенский: Несомненно, эта психология была другой. И в то же время, безусловно, есть такие точки или кочки, даже можно сказать, по которым исследователь может двигаться. Потому что все-таки люди есть люди, и люди в чем-то изменились мало. В чем-то изменились невероятно. И собственно задача исследователя — понимать, с чем он имеет дело: где он имеет дело с какими-то вещами, близкими к современности, а где он имеет дело с совершенно другим миром. И мир скандинавов эпохи викингов — это, конечно, все-таки преимущественно другой мир совсем. Мир, основывающийся на других культурных категориях, на других культурных ценностях.

Российский Гайд-парк могут выстроить и на Луне

Власти не будут затягивать с открытием Гайд-парков в Москве. Они начнут действовать в городе уже осенью или в начале зимы. Мнения блогеров по этому поводу собирала Клава П. в рубрике «Обзор блогов» на радио «Вести ФМ».

Московские власти сообщили о своём намерении создать в столице аналог лондонского Гайд-парка, чтобы там могли невозбранно выступать перед широкой аудиторией все недовольные, несогласные, а также довольные, согласные, ну и вообще кто захочет. Площадки планируется организовать в парке Культуры и в «Сокольниках». Казалось бы, ну создают и создают, какая кому разница? Но нет. Оппозиция против.

Пишет в своём блоге депутат Илья Пономарёв: «Чтобы московская, да и любая другая российская площадка стала Гайд-парком, должны быть соблюдены три условия: 1. Возможность проводить митинги любых размеров, где каждый может видеть и слышать выступающего. 2. Это должно быть проходное место, с удобной возможностью доехать до туда. 3. Площадка должна находиться вблизи значимых административных зданий, в центре политической жизни города».

Таким образом, «Сокольники» с гневом отвергаются, поскольку находятся в отдалении от политической жизни города, а против парка Культуры выдвигается вот такой аргумент: там «преобладают в основном отдыхающие люди, среди которых семьи и влюбленные пары, которые явно будут не в восторге от соседства с политическими мероприятиями». Вот тут не совсем понятно. Не хочет ли уважаемый гражданин Пономарёв сказать, что есть места, в которых люди будут в восторге от постоянного соседства с политическими мероприятиями? Хотелось бы услышать весь список таких мест в центре города.

По совокупности озвученных требований, впрочем, очевидно, что это явно должна быть Красная площадь. Вот и блогер kornibek со мной согласен: «Красная площадь — это очень вместимое, до нелепости пустынное пространство в самом центре Москвы. Площадь уже оборудована превосходной трибуной на мавзолее и, в отличие от названных парков, не потребует никаких затрат на адаптацию».

Илья же Пономарёв замахнулся чуть-чуть пониже: «В принципе, в Москве есть подходящие места, которые целиком устраивают выше написанным требованиям. Например, на месте бывшей гостиницы Россия. У московских властей есть план построить там парк, и он, как я считаю, должен стать именно Гайд-парком. Это проходное место, рядом с метро и в непосредственной близости к политическим символам страны».

Особенно хороша эта идея в свете того, что сейчас только планируется второй этап конкурса проектов создания этого самого парка, то есть строить его начнут где-нибудь года через два, если всё будет развиваться столь же неторопливо. Ну то есть, с тем же успехом можно было сказать, что нам очень подойдёт Гайд-парк на Луне, так что как только закончится его постройка, мы сразу же пойдём митинговать туда. А пока нет — так извините.

И для тех, кто в Лондоне сроду не был и этого пресловутого Гайд-парка в глаза не видел, предлагается для изучения пост в блоге gap_themind. Оказывается, «на практике Уголок оратора — это рассадник весьма развесистой шизы, тоскующей хоть по какому-нибудь вниманию. И все пытаются друг друга перекричать, к радости тусующихся в парке туристов». Пост богат фотографиями наиболее колоритных ораторов, есть даже пара видеороликов для желающих лицезреть торжество демократии, так сказать, в динамике.

В конце же поста автор сообщает нам всем, что на самом деле нужно сделать: «Надо не носиться с этим Гайд-парком, а лучше упразднить издевательские процедуры согласования в мэрии. Город должен принадлежать горожанам, а не муниципальным чиновникам». Ему, конечно, из Лондона виднее.

http://interfax.ru/society/txt.asp?id=261949 http://ilya-ponomarev.livejournal.com/523594.html http://kornibek.livejournal.com/461178.html
http://www.aif.ru/money/article/54211
http://gap-themind.livejournal.com/80249.html

Уголовное дело за ненависть к националистам

Следственный комитет России возбудил уголовное дело в отношении московского антифашиста Андрея Иванова, подозреваемого в разжигании ненависти к социальной группе «националисты».

Ненависть упомянутый Иванов разжег путем демонстрации фильма о скинхедах в городе Владимире. «Пятый этаж» углубляется в социологию...

А также:
— о бомбежке Сталинграда
— о туризме в столице России и других городах
— и о годовщине британского телевидения

Гость программы — политолог Дмитрий Орешкин.