June 17th, 2012

Варяги пришли не на пустое место (часть 1)

2012 год — год 1150-летия основания государства Российского. Об этом Андрей Светенко беседовал с ведущим научным сотрудником Института славяноведения Российской академии наук Владимиром Петрухиным в студии радио «Вести ФМ».

Светенко: У микрофона Андрей Светенко. Здравствуйте. Лето на дворе, а у нас все «Уроки истории». Ну что же, будем считать, что это некоторым образом такая летняя школа. И поговорим мы о таких крупных событиях исторических, можно сказать, даже основополагающих. Этот год — год 1150-летия основания государства Российского, будет на самом высоком уровне очень широко отмечаться ближе к осени. И это все 862 год, вот с него прошло 1150 лет. А что случилось в этом давнем году? Призвание на Русь варягов. Вот про это мы поговорим — что это было, зачем это все понадобилось и в чем здесь была соль и действительно суть истории — с доктором исторических наук, профессором РГГУ, ведущим научным сотрудником Института славяноведения Российской академии наук Владимиром Петрухиным. Владимир Яковлевич, добрый день.

Петрухин: Добрый день.

Светенко: Я так думаю, что все уж так или иначе про призвание варягов знают, и слово «варяг» в русском языке живо. И вот для начала такой вопрос. А вот дата сама по себе? Год — понятно. Мы можем определить вот дату призвания? Все-таки если это было так, как это нам, так сказать, в голове у нас уложилось, это был какой-то конкретный день, в который новгородцы призвали сильных, там добрых, не добрых, скорее не добрых, но грамотных руководителей, чтобы они, значит, управление, менеджмент организовали в Новгороде.

Петрухин: Действительно хочется нам, живущим в новейшей истории, знать, когда у нас красный день календаря, к чему мы привыкли. И на протяжении последних веков эта дата, которая сохранилась в одном единственном источнике, дата призвания варягов под 862 годом, это призвание описано в «Повести временных лет», начальной русской летописи. Эта дата считается датой начала русской государственности. И, конечно, историки по-разному подходят к тому, насколько можно доверять этой дате. Мой учитель — академик Борис Александрович Рыбаков, знаменитый российский археолог, на моих глазах показывал памятник тысячелетия России, который был воздвигнут в Новгороде в 1862 году, когда празднования были не менее широкими, чем сейчас.

Светенко: Пожалуй, даже более широкими, да.

Петрухин: Более широкими, да. И памятник все-таки был на вечные времена поставлен. Он перечеркивал торжественно эту дату и говорил, что мы все пошли гораздо раньше, и варяги тут ни при чем. Мы исконно посконные, вот Киеву полторы тысячи лет, а чего уж говорить о нас и о нашей великой культуре? Тем не менее летописец, который составлял начальную летопись, был весьма ответственным историком и боялся, конечно же, Бога и грешить против того, что ему было известно и во что он верил, он не мог, посему он и постарался выяснить, когда же все-таки та династия, которой он служил, как и всякий историк, который был, ну можно сказать, на зарплате, на довольствии у власти, ему было важно, когда эта династия возникла, как она сформировалась. И поскольку летопись была летописью погодной, ему нужно было выяснить год. Выяснить точно он этого не мог, потому что никаких источников исторических до формирования «Повести временных лет»...

Светенко: Но если нет источников, не значит, что чего-то не было, очень важно. Вот у нас с другой стороны масса фактов и источников о свежей истории, а люди все равно пробавляются мифами, чего-то сочиняют, придумывают и легендами живут. А тут, в общем, как бы полулегенда получается.

Петрухин: Конечно, это даже не полулегенда. То, что мы называем легендами, для летописца как раз могло быть истиной, потому что мы считаем легендами то, что содержится в Библии.

Светенко: Вот фактор времени. Раз это очень давно, то это уже как бы понарошку получается, как в сказке.

Варяги пришли не на пустое место (часть 2)

2012 год — год 1150-летия основания государства Российского. Об этом Андрей Светенко беседовал с ведущим научным сотрудником Института славяноведения Российской академии наук Владимиром Петрухиным в студии радио «Вести ФМ».

Светенко: У микрофона Андрей Светенко. Здравствуйте. Лето на дворе, а у нас все «Уроки истории». Ну что же, будем считать, что это некоторым образом такая летняя школа. И поговорим мы о таких крупных событиях исторических, можно сказать, даже основополагающих. Этот год — год 1150-летия основания государства Российского, будет на самом высоком уровне очень широко отмечаться ближе к осени. И это все 862 год, вот с него прошло 1150 лет. А что случилось в этом давнем году? Призвание на Русь варягов. Вот про это мы поговорим — что это было, зачем это все понадобилось и в чем здесь была соль и действительно суть истории — с доктором исторических наук, профессором РГГУ, ведущим научным сотрудником Института славяноведения Российской академии наук Владимиром Петрухиным. Владимир Яковлевич, добрый день.

Петрухин: Добрый день.

Светенко: Я так думаю, что все уж так или иначе про призвание варягов знают, и слово «варяг» в русском языке живо. И вот для начала такой вопрос. А вот дата сама по себе? Год — понятно. Мы можем определить вот дату призвания? Все-таки если это было так, как это нам, так сказать, в голове у нас уложилось, это был какой-то конкретный день, в который новгородцы призвали сильных, там добрых, не добрых, скорее не добрых, но грамотных руководителей, чтобы они, значит, управление, менеджмент организовали в Новгороде.

Петрухин: Действительно хочется нам, живущим в новейшей истории, знать, когда у нас красный день календаря, к чему мы привыкли. И на протяжении последних веков эта дата, которая сохранилась в одном единственном источнике, дата призвания варягов под 862 годом, это призвание описано в «Повести временных лет», начальной русской летописи. Эта дата считается датой начала русской государственности. И, конечно, историки по-разному подходят к тому, насколько можно доверять этой дате. Мой учитель — академик Борис Александрович Рыбаков, знаменитый российский археолог, на моих глазах показывал памятник тысячелетия России, который был воздвигнут в Новгороде в 1862 году, когда празднования были не менее широкими, чем сейчас.

Светенко: Пожалуй, даже более широкими, да.

Петрухин: Более широкими, да. И памятник все-таки был на вечные времена поставлен. Он перечеркивал торжественно эту дату и говорил, что мы все пошли гораздо раньше, и варяги тут ни при чем. Мы исконно посконные, вот Киеву полторы тысячи лет, а чего уж говорить о нас и о нашей великой культуре? Тем не менее летописец, который составлял начальную летопись, был весьма ответственным историком и боялся, конечно же, Бога и грешить против того, что ему было известно и во что он верил, он не мог, посему он и постарался выяснить, когда же все-таки та династия, которой он служил, как и всякий историк, который был, ну можно сказать, на зарплате, на довольствии у власти, ему было важно, когда эта династия возникла, как она сформировалась. И поскольку летопись была летописью погодной, ему нужно было выяснить год. Выяснить точно он этого не мог, потому что никаких источников исторических до формирования «Повести временных лет»...

Светенко: Но если нет источников, не значит, что чего-то не было, очень важно. Вот у нас с другой стороны масса фактов и источников о свежей истории, а люди все равно пробавляются мифами, чего-то сочиняют, придумывают и легендами живут. А тут, в общем, как бы полулегенда получается.

Петрухин: Конечно, это даже не полулегенда. То, что мы называем легендами, для летописца как раз могло быть истиной, потому что мы считаем легендами то, что содержится в Библии.

Светенко: Вот фактор времени. Раз это очень давно, то это уже как бы понарошку получается, как в сказке.